Предыстория
В мае 2019 года индивидуальный предприниматель Лещинский А.Л. был признан банкротом по заявлению его кредитора. После этого финансовый управляющий установил, что у его жены есть 2 автомобиля, и решил, что они должны быть включены в конкурсную массу и реализованы – как совместное имущество супругов в соответствии с п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве.
Поскольку владелица добровольно не отдала авто, управляющий обратился в суд с заявлением об их принудительном изъятии. Арбитражный суд Москвы поддержал заявителя и обязал женщину передать машины в конкурсную массу, позднее с этим вердиктом согласились и апелляционная, и кассационная инстанции.
Ни финансового управляющего, ни представителей правосудия не остановил тот факт, что супруги заключили в 2017 году брачный договор, по условиям которого имущество принадлежит тому, на кого оно зарегистрировано, а транспортные средства записаны на жену. Более того, управляющий и один из кредиторов подали в суд отдельный иск об оспаривании брачного контракта, поскольку он был подписан в период, когда у предпринимателя уже имелись долги.
К осени 2022 года Арбитражный суд Московского округа отказал в признании брачного договора недействительным, но судьба транспортных средств всё ещё оставалась под вопросом. Супруга банкрота была вынуждена подать жалобу в Верховный суд.
Выводы Верховного суда
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ рассудила так.
Заключение брачного договора – законное право супругов, злоупотребление которым нужно доказать отдельно. Между тем, по условиям брачного контракта Лещинский А.Л. своей супруге никакое имущество не передал, а значит его материальное положение – с точки зрения кредиторов – никак не изменилось. То есть, если бы они в тот момент взыскивали долг посредством изъятия имущества должника, их шансы на удовлетворение требований брачный договор не снизил.
Машины были приобретены женщиной уже после заключения договора, причём в кредиты, которые она позднее погасила личными средствами.
Всё это свидетельствует о том, что транспортные средства – собственность исключительно их титульной владелицы, а значит они не могут быть реализованы в деле о банкротстве её мужа. В итоге ВС РФ отменил решения 3-х инстанций и отказал финансовому управляющему.
Анастасия Груздева сделала обзор этого случая для правового портала «Legal Bulletin» и объяснила, почему это решение Верховного суда принесёт пользу будущим банкротам.
Во-первых, оно служит ориентиром: перед изъятием имущества супруга банкрота в конкурсную массу финансовому управляющему необходимо удостовериться, что оно не является единоличной собственностью его титульного владельца.
Во-вторых, позиция ВС подтверждает, что брачный договор далеко не всегда является оспоримой сделкой при банкротстве. Он может быть признан недействительным, только если ухудшил имущественное положение должника и уменьшил шансы его кредиторов на возврат заемных средств.
А если должник инициирует банкротство до того, как это сделают кредиторы, на дело будет назначен более лояльный к нему финансовый управляющий, который не станет пытаться лишить банкрота и его вторую половину всего имущества, не разобравшись в деталях ситуации.
Полный текст публикации на портале «Legal Bulletin» – по ссылке.
